На фоне жестокого убийства 10-летнего таджикского мальчика Кобилджона в России, о котором пишут международные СМИ, выступление Шамсудин Бобоев, представленного как журналист газеты «СССР», в прямом эфире встречи с президентом России Владимир Путин вызвало волну резкой критики в таджикском обществе.
Как подчёркивает TRT Russian в своей аналитической статье, трагедия с Кобилджоном — это не единичный инцидент, а следствие формирующейся в России атмосферы ксенофобии и ненависти к мигрантам. В то время как мир говорит о крови ребёнка, официальные площадки предпочитают обсуждать символы культуры, а не вопросы ответственности и безопасности.
Именно на этом фоне таджикское общество ожидало от публичного выступления не комплиментов и подарков, а простого и принципиального вопроса:
почему был убит таджикский ребёнок и кто за это ответит?
Этот вопрос так и не прозвучал.
«Это было не представительство, а молчание» — реакция Facebook
Выступление вызвало широкий резонанс в социальных сетях. Пользователи Facebook открыто заявили, что услышанное не отражало боль и ожидания общества.
Мирзоджон Фархори (Германия):
«То, что мы услышали, не было голосом народа. Это не был крик боли. Это было восхваление и молчание перед преступлением. Журналист должен быть голосом матери, потерявшей ребёнка, но этот голос был заглушён.»
Фируза Шамсиева:
«Как можно говорить о культуре, когда кровь ребёнка ещё не остыла? Это оскорбляет общество.»
Тиловар Шариф:
«От имени таджиков ждали правды, а не лести. Такой “представитель” — позор.»
Khurshed Sherali:
«Если вы действительно представляли таджиков, нужно было спросить о безопасности детей мигрантов, а не заниматься восхвалением.»
Абдул Файзулло:
«Это не журналистика. Это унижение профессии.»
Дилшод Мухаммад:
«Молчание в такой момент — это соучастие.»
Омар Амониён:
«Эта трибуна могла стать трибуной правды, но превратилась в сцену молчания.»
Фозилджон Бозоров:
«Жаль имя “журналист”.»
Мухаммад Саид Ризои:
«Такие убийства — не случайность. Их порождает атмосфера ненависти.»
Гулсара Чураева:
«Если бы это был ваш ребёнок, вы бы тоже молчали?»
Чего ожидало общество?
Общество не ждало конфронтации.
Оно ждало признания трагедии, человеческого сочувствия и политической ответственности.
Люди ожидали:
- упоминания имени Кобилджона;
- вопроса о расследовании и наказании виновных;
- слов о защите детей трудовых мигрантов.
Но вместо этого было выбрано молчание. А молчание — это всегда позиция.
Почему это вопрос не одного человека
Как подчёркивает TRT Russian, проблема носит системный характер. Антимигрантская риторика, распространяемая в медиа и публичных выступлениях в России, формирует среду, в которой насилие становится возможным.
Поэтому гражданское общество Таджикистана подчёркивает:
гражданской солидарности недостаточно без институциональной реакции.
В тот день не нужны были:
- книги,
- культурные центры,
- слова восхищения.
Нужна была одна фраза:
«Почему был убит таджикский ребёнок?»
Эта фраза не прозвучала.
Именно поэтому общество называет произошедшее:
- моральным провалом,
- предательством журналистской миссии,
- молчаливым соучастием в несправедливости.
Журналистика должна быть на стороне человека.
Когда это не так — общество имеет право спросить:
кого и что вы на самом деле представляли?
Стали свидетелем важного события?
Пришлите фото/видео, факты и контакты — материалы рассматриваются конфиденциально.
