Начало конфликта: смерть, которая вывела тысячи людей на улицы
25 ноября 2021 года в Горно-Бадахшанской автономной области Таджикистана произошёл инцидент, который стал началом одного из самых серьёзных кризисов в отношениях между населением региона и центральными властями за последние годы.
В этот день в Хороге погиб Гулбиддин Зиёбеков — молодой представитель памирского населения. По сообщениям, которые впоследствии были отражены в документах ООН и Европейского парламента, он погиб после задержания силовыми структурами. Международные эксперты указывали на сообщения о пытках и убийстве.
Гибель Зиёбекова вызвала массовое возмущение. В тот же день тысячи жителей вышли на улицы Хорога, требуя выяснить обстоятельства его смерти и привлечь виновных к ответственности.
По информации, представленной экспертами ООН 20 апреля 2022 года, во время разгона демонстрации силовые структуры открыли огонь. Два человека погибли, ещё 17 получили ранения. Десятки участников протестов были задержаны.
Протестующие также требовали вывода значительной части военных подразделений из Хорога, демонтажа блокпостов и отставки назначенного губернатора Алишера Мирзонаботова.
Впоследствии между представителями протестующих и властями начались переговоры. Однако главная причина недовольства — отсутствие независимого расследования гибели Зиёбекова — так и не была устранена.
Источник: Управление Верховного комиссара ООН по правам человека, 20 апреля 2022 года.
Интернет, военное присутствие и усиление давления
После ноябрьских событий ситуация в регионе продолжала оставаться напряжённой.
По данным экспертов ООН, власти усилили военное присутствие в Хороге, укрепили блокпосты и ограничили доступ к интернету.
В некоторых населённых пунктах доступ к сети фактически сохранялся только для государственных учреждений и местных банков.
21 марта 2022 года интернет-связь была восстановлена до уровня 2G, что существенно ограничивало возможности жителей пользоваться многими интернет-ресурсами.
20 апреля 2022 года эксперты ООН публично предупредили о риске дальнейшего насилия и призвали таджикские власти прекратить преследование памирских активистов.
ООН также выразила обеспокоенность тем, что люди, участвовавшие в протестах, подвергались допросам, арестам и ограничениям свободы передвижения.
Таким образом, ещё до майских событий международные эксперты предупреждали о возможной эскалации конфликта.
Май 2022 года: новая волна протестов и силовая операция
16 мая 2022 года протесты в ГБАО возобновились.
Одной из главных причин стало отсутствие расследования гибели Гулбиддина Зиёбекова и неудовлетворённость жителей действиями властей.
18 мая таджикские власти объявили о проведении специальной антитеррористической операции.
По информации, приведённой в резолюции Европейского парламента, в операции участвовали сотрудники правоохранительных органов и военные подразделения, направленные из Душанбе. Сообщалось о применении слезоточивых гранат и боевых патронов.
Власти Таджикистана утверждали, что протесты организованы преступными группами, связанными с террористическими организациями.
Однако международные правозащитные организации сообщали о многочисленных нарушениях прав человека, включая пытки задержанных, похищения, жестокое обращение и незаконное применение силы.
По оценке Human Rights Watch, силовая операция в Хороге и Рушане в мае 2022 года привела к гибели до 40 человек. Организация также сообщала о задержании и пытках более 200 участников протестов и местных жителей.
Эти цифры являются оценками правозащитной организации, а не результатом независимого международного подсчёта погибших.
Главная проблема заключается в том, что полноценного независимого расследования, которое позволило бы установить точное количество жертв, обстоятельства каждой смерти и ответственность конкретных лиц, проведено не было.
Комиссия 44: попытка добиться расследования изнутри
Одним из важных эпизодов кризиса стало создание Комиссии 44.
Она была сформирована при участии представителей местных властей и протестующих для изучения обстоятельств применения силы и поиска решения конфликта.
В комиссию вошли представители гражданского общества, юристы и другие общественные деятели.
Среди её участников были адвокаты и правозащитники Фаромуз Иргашов, Хурсандшо Мамадшоев и Манучехр Холиқназаров.
Комиссия занималась сбором информации и публично поднимала вопросы о действиях силовых структур.
Однако после майских событий ситуация резко изменилась.
28 мая 2022 года несколько участников Комиссии 44 были вызваны в прокуратуру Хорога. По материалам Рабочей группы ООН по произвольным задержаниям, там их допросили, после чего арестовали.
В декабре 2022 года Верховный суд Таджикистана приговорил:
- Фаромуза Иргашова — к 29 годам лишения свободы;
- Хурсандшо Мамадшоева — к 18 годам;
- Манучехра Холиқназарова — к 16 годам.
Власти предъявляли обвинения, связанные с терроризмом и участием в преступном объединении.
Международные правозащитники, напротив, связывали уголовное преследование с деятельностью этих людей в сфере защиты прав человека и участием в Комиссии 44.
Ульфатхоним Мамадшоева: журналистка, получившая 20 лет заключения
Отдельное место в этой истории занимает дело Ульфатхоним Мамадшоевои — журналистки и правозащитницы, освещавшей общественные и политические процессы в ГБАО.
В мае 2022 года её задержали. Власти обвинили её в организации протестов и преступлениях против государственной безопасности.
В декабре 2022 года она была осуждена на 20 лет лишения свободы. В документах Европейского парламента и Human Rights Watch её дело рассматривалось в контексте преследования представителей памирского гражданского общества.
Human Rights Watch указывала на закрытый характер разбирательств и отсутствие прозрачности.
В июле 2026 года, согласно данным Комитета защиты журналистов (CPJ), в рамках президентской амнистии её срок был сокращён на три года.
Однако сокращение срока не означает освобождения или признания незаконности первоначального приговора.
Источник: Committee to Protect Journalists — Ulfatkhonim Mamadshoeva.
Международная реакция: от дипломатических заявлений до резолюции Европарламента
События в ГБАО вызвали реакцию международных организаций и европейских государств.
18 мая 2022 года Делегация Европейского союза в Таджикистане совместно с посольствами Франции, Германии, Великобритании и США выступила с заявлением.
Дипломаты выразили обеспокоенность насилием, гибелью людей, преследованием граждан и журналистов, а также ограничением доступа к информации.
Они призвали все стороны к сдержанности и потребовали от правоохранительных органов действовать в соответствии с международными стандартами прав человека.
26 мая 2022 года Европейский союз выступил с дополнительным заявлением в ОБСЕ, потребовав расследовать столкновения и сообщения о применении пыток.
Но наиболее значимым политическим документом стала резолюция Европейского парламента от 7 июля 2022 года.
Документ был принят 520 голосами против 24 при 31 воздержавшемся.
Европарламент потребовал:
- Создать эффективное и независимое расследование событий ноября 2021 и мая 2022 года.
- Установить обстоятельства гибели мирных жителей.
- Расследовать сообщения о пытках со стороны силовых структур.
- Освободить людей, подвергшихся произвольному задержанию.
- Прекратить преследование журналистов, правозащитников и активистов.
- Обеспечить свободу СМИ и восстановить полноценный доступ к интернету.
- Прекратить засекречивание расследований и судебных процессов.
Однако резолюция Европарламента является политическим документом и сама по себе не может заставить правительство Таджикистана исполнить перечисленные требования.
2024 год: ООН признала задержания трёх памирских правозащитников произвольными
Одним из наиболее важных результатов международной работы стали заключения Рабочей группы ООН по произвольным задержаниям.
4 июня 2024 года была опубликована Opinion No. 19/2024, касающаяся Фаромуза Иргашова, Хурсандшо Мамадшоева и Манучехра Холиқназарова.
В документе подробно рассмотрены обстоятельства их задержания, уголовного преследования и судебных процессов.
Особое внимание эксперты обратили на то, что задержанные не были представлены надлежащие ордера на арест. Правительство утверждало, что им были выданы документы о задержании, однако Рабочая группа объяснила, почему такой документ не заменяет судебный ордер.
ООН пришла к выводу, что задержание этих трёх человек было произвольным и нарушало международные нормы о правах человека.
Рабочая группа рекомендовала:
- Немедленно освободить всех троих.
- Предоставить им право на компенсацию.
- Провести независимое расследование обстоятельств нарушения их прав.
- Принять меры в отношении лиц, ответственных за эти нарушения.
Важно отметить, что правительство Таджикистана не оставило обращение ООН без ответа: согласно документу, оно направило ответ 30 января 2024 года и оспаривало утверждения о незаконном характере преследования.
Однако после рассмотрения позиций сторон Рабочая группа сохранила свой вывод о произвольности задержаний.
Это существенный юридический результат, но не судебный приговор в отношении таджикских должностных лиц.
Первичный документ: ООН, A/HRC/WGAD/2024/19.
2025 год: пять памирских заключённых умерли в местах лишения свободы
В 2025 году история получила ещё более трагическое продолжение.
3 сентября 2025 года Human Rights Watch опубликовала специальное заявление с требованием расследовать смерть пяти памирских заключённых, задержанных после событий мая 2022 года.
Организация назвала следующие имена:
- Кулмамад Паллаев — умер в январе 2025 года;
- Богшо Иматшоев — умер в феврале 2025 года;
- Аслан Гулобов — умер в июне 2025 года;
- Музаффар Давлатмиров — умер в июне 2025 года;
- Эроншо Мамадрахимов — умер в июле 2025 года.
По данным Human Rights Watch, родственники и представители памирского сообщества сообщали о ненадлежащем медицинском обслуживании заключённых.
Особенно тяжёлые обстоятельства организация описала в случае Богшо Иматшоева.
По опубликованной информации, 26 января его состояние резко ухудшилось из-за повышения артериального давления. Несмотря на просьбы о срочной медицинской помощи, скорая помощь, как сообщалось, прибыла только через четыре часа. После инсульта он находился в коме около месяца, а затем умер.
В случае Кулмамада Паллаева сообщалось, что при жалобах на боли в животе ему рекомендовали терпеть боль.
Human Rights Watch потребовала провести независимые и прозрачные расследования всех пяти смертей, установить причины произошедшего и предоставить семьям погибших полную информацию.
При этом важно подчеркнуть: обстоятельства смерти и возможная ответственность должностных лиц требуют отдельного расследования. Само заявление HRW не является судебным установлением виновности конкретных сотрудников.
Источник: Human Rights Watch, 3 сентября 2025 года.
2026 год: международные требования остаются без полноценного исполнения
В опубликованном в 2026 году Всемирном докладе Human Rights Watch о событиях 2025 года организация вновь указала на отсутствие независимого расследования применения смертельной силы в отношении протестующих в ГБАО в 2021 и 2022 годах.
По оценке организации, виновные не были привлечены к ответственности.
HRW также сообщила, что не менее шести памирских активистов гражданского общества продолжали находиться в заключении, включая Ульфатхоним Мамадшоеву и Манучехра Холиқназарова.
В июле 2026 года срок Мамадшоевои был сокращён на три года в рамках амнистии. Но это не стало её освобождением и не означало пересмотра дела по существу.
Таким образом, даже спустя несколько лет после принятия резолюции Европарламента и заключений ООН ключевые требования международных организаций остаются нерешёнными.
Что в итоге удалось получить международному сообществу?
Пять лет после начала кризиса позволяют оценить реальные результаты международной реакции.
Что удалось:
- События в ГБАО получили международную огласку.
- Европейский парламент принял специальную резолюцию.
- Эксперты ООН публично зафиксировали серьёзные опасения по поводу применения силы и положения памирского населения.
- Рабочая группа ООН признала произвольным задержание трёх правозащитников.
- Human Rights Watch задокументировала смерти пяти заключённых и потребовала расследования.
- В 2026 году срок одной из осуждённых журналисток был сокращён.
Что не удалось:
- Добиться полноценного независимого расследования событий ноября 2021 и мая 2022 года.
- Установить ответственность конкретных должностных лиц за гибель мирных жителей.
- Добиться полного освобождения всех лиц, признанных ООН произвольно задержанными.
- Обеспечить расследование обстоятельств смерти пяти заключённых с публичным представлением результатов.
- Добиться компенсации пострадавшим и семьям погибших в объёме, предусмотренном рекомендациями международных механизмов.
Главный вопрос: почему спустя пять лет справедливость так и не восстановлена?
История ГБАО показывает разрыв между международными заявлениями и реальными механизмами обеспечения прав человека.
Европейский парламент может принимать резолюции, ООН — публиковать заключения и рекомендации, а правозащитные организации — документировать нарушения. Но ни одна из этих структур не может самостоятельно провести уголовное расследование на территории Таджикистана, освободить заключённых или привлечь конкретных представителей силовых структур к уголовной ответственности.
Именно поэтому главным нерешённым вопросом остаётся отсутствие независимого расследования.
Без установления обстоятельств гибели людей, проверки сообщений о пытках, изучения действий силовых структур и предоставления пострадавшим доступа к правосудию невозможно говорить о восстановлении справедливости.
Пять лет спустя вопрос остаётся открытым: кто ответит за погибших, кто расследует смерти заключённых и когда семьи пострадавших получат ответы?
Для жителей Горно-Бадахшанской автономной области это не просто политический спор. Это вопрос человеческой жизни, достоинства, безопасности и права на справедливость.
TajNews.org — независимая журналистика, основанная на фактах.
Стали свидетелем важного события?
Пришлите фото/видео, факты и контакты — материалы рассматриваются конфиденциально.
